нет изображения

Профессионально об актуальном: Правовое регулирование нефтяной отрасли в Республике Беларусь

07.06.2020

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 14 марта 2020 г.

В работе рассмотрены актуальные и значимые особенности правового режима нефти, нефтепродуктов на уровне национального законодательства и международных соглашений, тенденции развития правового регулирования в нефтяной отрасли, роль судебной практики в формировании правового «поля» в нефтяной отрасли. Выявлены новеллы и несовершенства на примерах отдельных государств Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС) и иных.

Статья представляет интерес для всех, кто организует эффективную работу этой отрасли, занимается ее правовым обеспечением, кто регулирует правовые и иные конфликты, рассматривает споры, кто законодательно регулирует эту деятельность, а также изучает и пытается ее совершенствовать.

Очередной конфликт на нефтяную тему между государствами или субъектами хозяйствования не является особой новостью, а лишь подтверждает актуальность темы.

Называть конкретные конфликтующие государства или иные субъекты нет большого смысла, потому что споры в нефтяной отрасли, как правило, происходят с регулярной периодичностью между нефтедобывающими и нефтепотребляющими странами, реже – только между нефтедобывающими государствами. Причины и характер таких конфликтов тоже повторяющиеся.

Однако системное и эффективное правовое регулирование общественных отношений в нефтяной отрасли необходимо не только на международном, но и на национальном уровне.

Более того, правильная организация внутреннего правового регулирования этих отношений и практика его применения, а также понимание стратегии и тактики в сочетании с конкретикой проблемы дают хорошую базу для выстраивания и международных отношений по этим вопросам.

В Республике Беларусь в настоящее время регулирование общественных отношений в нефтяной сфере осуществляется разными группами источников права, среди которых нужно отметить следующие:

  1. кодифицированные нормативные правовые акты: Гражданский кодекс Республики Беларусь, Налоговый кодекс Республики Беларусь, Кодекс Республики Беларусь о недрах, Кодекс внутреннего водного транспорта Республики Беларусь, Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях, Бюджетный кодекс Республики Беларусь, Водный кодекс Республики Беларусь, Кодекс торгового мореплавания Республики Беларусь;
  2. законы: Закон Республики Беларусь от 27 декабря 2010 г. № 204-З «О возобновляемых источниках энергии», Закон Республики Беларусь от 26 ноября 1992 г. № 1982-XII «Об охране окружающей среды», Закон Республики Беларусь от 30 декабря 2015 г. № 345-З «О государственно-частном партнерстве», Закон Республики Беларусь от 16 декабря 2002 г. № 162-З «О естественных монополия», Закон Республики Беларусь от 18 июля 2016 г. № 399-З «О государственной экологической экспертизе, стратегической экологической оценке и оценке воздействия на окружающую среду», Закон Республики Беларусь от 9 января 2002 г. № 87-З «О магистральном трубопроводном транспорте», Закон Республики Беларусь от 5 января 2016 г. № 354-З «О промышленной безопасности», Закон Республики Беларусь от 4 января 2003 г. № 176-З «О газоснабжении» и другие;
  3. указы Президента Республики Беларусь: Указ Президента Республики Беларусь от 31 декабря 2014 г. № 655 «О порядке уплаты части прибыли (дохода), введении сбора за экспорт нефти», Указ Президента Республики Беларусь от 25 февраля 2011 г. № 72 «О некоторых вопросах регулирования цен (тарифов) в Республике Беларусь», Указ Президента Республики Беларусь от 31 декабря 2019 г. № 503 «О налогообложении» и многие иные;
  4. постановления Совета Министров Республики Беларусь: постановление Совета Министров Республики Беларусь от 31 декабря 2010 г. № 1932 «Об установлении ставок вывозных таможенных пошлин в отношении нефти сырой и отдельных категорий товаров, выработанных из нефти», постановление Совета Министров Республики Беларусь от 26 июня 1997 г. № 788 «Вопросы Белорусского государственного концерна по нефти и химии», постановление Совета Министров Республики Беларусь от 17 марта 2015 г. № 205 «Об утверждении Правил обеспечения доступа потребителей к услугам по транспортировке нефти и (или) нефтепродуктов по магистральным трубопроводам» и многие другие.

Какого-либо отдельного и специального комплексного правового акта, регулирующего общественные отношения именно в нефтяной сфере, в Беларуси нет. В других государствах схожие нормативные правовые акты были или еще есть и сегодня: в Норвегии [1], в Республике Казахстан [2] действовал до 2010 года, Закон Канады о нефтяных ресурсах [3], США [4] и некоторых других государств.

В частности, Закон Норвегии «О нефтяной деятельности» регулирует общественные отношения, связанные с:

  • получением разрешения на разведку и бурению скважин по добыче нефти;
  • эксплуатацией нефтяных залежей;
  • устройством и эксплуатацией установок или судов в нефтяной деятельности;
  • квалификацией персонала и здоровьем людей;
  • перевозкой персонала;
  • подводными работами и трубопроводными системами;
  • чрезвычайными ситуациями и др. [1].

В то же время подобные специальные нормативные правовые акты, посвященные правовому регулированию общественных отношений по иным энергоресурсам, имеются и в Беларуси (например, Закон Республики Беларусь от 4 января 2003 г. № 176-З «О газоснабжении»).

Имеются и судебные акты как государственных судов, так и международных судов, в том числе третейских (арбитражных).

Но их количество весьма ограничено.

Так, Правительство Республики Беларусь в апреле 2010 года обратилось в Экономический Суд СНГ с заявлением о нарушении Российской Стороной положений действующих международных договоров о свободной торговле и Таможенном союзе в рамках Евразийского экономического сообщества в связи с введением вывозных таможенных пошлин на нефтепродукты, вывозимые с территории Российской Федерации в Республику Беларусь [5].

Коллегия Экономического Суда СНГ, считая, что меры, предпринятые сторонами по урегулированию спора, не исчерпаны в полном объеме, рекомендовала Правительству Республики Беларусь и Правительству Российской Федерации рассмотреть возможность урегулирования спора путем применения примирительной процедуры. В результате производство по этому делу было прекращено 20.04.2011 в связи с заключением межправительственного Соглашения о порядке уплаты и зачисления вывозных таможенных пошлин (иных пошлин, налогов и сборов, имеющих эквивалентное действие) при вывозе с территории Республики Беларусь за пределы таможенной территории Таможенного союза нефти сырой и отдельных категорий товаров, выработанных из нефти.

Ратифицировано Законом Республики Беларусь от 28 декабря 2010 г. № 222-З.

По иным судебным актам сделать какие-либо обобщающие выводы по исследуемой теме не представляется возможным. Если сказать точнее, то за последние 7–10 лет, судя по опубликованным судебным актам, «живых» дел, предметом спора по которым была бы нефть или нефтепродукты, в белорусских судах не было.

В Российской Федерации «нефтяные» судебные споры имеются в достаточном количестве, они носят в основном частноправовой характер, рассматриваются судами разных уровней, вплоть до Верховного Суда РФ.

Но обобщающих и практико-ориентирующих обзоров и постановлений высших органов судебной власти тоже нет.

Незначительным является и имеющееся в Беларуси количество научных публикаций по правовому регулированию общественных отношений в нефтяной отрасли.

Причины всего этого отчасти понятны, и они различны, но одна из главных причин заключается в том, что энергетическому праву вообще и «нефтяному» в частности в науке, в том числе юридической, еще не уделяется должного внимания.

Интересные результаты обнаруживаются и при изучении международных договоров и иных актов международного права по изучаемой области отношений.

Одним из наиболее полных по степени регулирования отношений в энергетической сфере, где нефть и нефтепродукты являются только одной из тем, является Договор о Евразийском экономическом союзе (далее – Договор).

В нем заложены как долгосрочные ориентиры и перспективы для развития энергетического и «нефтяного» права, в том числе его цели и задачи (хоть и опосредованно), так и определенные новеллы в понятийном его аппарате.

Энергетическим, в том числе «нефтяным», вопросам посвящен самостоятельный раздел XX (статьи 79–85) Договора, который так и именуется «Энергетика».

В частности, в статье 79 Договора нефть и нефтепродукты отнесены к основным видам энергетических ресурсов наряду с электроэнергией и газом.

Здесь же содержатся декларативные нормы о развитии долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества между государствами ЕАЭС в сфере энергетики, проведении скоординированной энергетической политики, осуществлении поэтапного формирования общих рынков энергетических ресурсов в соответствии с международными договорами, а также принципы такого сотрудничества, среди которых и такие, как обеспечение рыночного (а не льготного или равного) ценообразования на энергетические ресурсы, обеспечение развития конкуренции на общих рынках энергетических ресурсов.

Традиционно сохранена и норма о том, что к отношениям хозяйствующих субъектов государств-членов, осуществляющих свою деятельность в сфере нефти и нефтепродуктов, не урегулированным настоящим разделом, применяется законодательство государств-членов.

Серьезное значение в правовом регулировании общественных отношений в нефтяной отрасли на международном уровне имеет и приложение № 23 к Договору, то есть Протокол о порядке организации управления, функционирования и развития общих рынков нефти и нефтепродуктов.

В этом приложении № 23, в частности, определены критерии отнесения конкретных товаров к категории «нефть и нефтепродукты», дана дефиниция общего рынка нефти и нефтепродуктов для государств ЕАЭС, а также их транспортировки.

Но в законотворческой деятельности национальных государственных структур, в судебной практике и даже в научных исследованиях в государствах ЕАЭС эти дефиниции используются без должной активности.

Не исключено, что одной из причин такого непубличного использования приведенных терминов и дефиниций является их недостаточная научная достоверность и выверенность.

Например, «общий рынок нефти и нефтепродуктов государств-членов» раскрывается в приложении № 23 к Договору как совокупность торгово-экономических отношений хозяйствующих субъектов государств-членов в сфере добычи, транспортировки, поставки, переработки и сбыта нефти и нефтепродуктов на территориях государств-членов, необходимых для удовлетворения потребностей в них государств-членов.

Но данное определение принципиально и не лучшим образом отличается от «классического» или словарного понимания общего рынка как отношений между суверенами, то есть государствами. «…Общий рынок (англ. common market) – форма торговой интеграции между странами, при которой страны-члены устраняют в отношениях между собой все торговые барьеры (тарифы и т.д.) на товары и услуги и создают единую систему барьеров в торговле с остальным миром, в частности единый внешний тариф» [6].

Правда, есть и другие международные договоры в рамках ЕАЭС, где общий рынок определяется как отношения между субъектами предпринимательской деятельности.

Почти аналогичное определение общего рынка имеется и в российском словаре: общий рынок – 1) форма торговой интеграции стран, при которой они устанавливают в отношениях между собой торговые барьеры на движение товаров и услуг и создают единую систему барьеров в торговле с остальными странами. Общий рынок обеспечивает свободное движение через национальные границы труда и капитала; 2) Европейское сообщество стран, объединившихся для создания экономического союза [7].

Понятно, что любой договор, в том числе и международный договор, – это соглашение договаривающихся сторон.

Никто не принуждает подписывать неприемлемые условия договора. Но многим тоже не менее ясно, что имеются отдельные сферы общественных отношений, в том числе международных отношений, где существуют «слабые» и «сильные» договаривающиеся стороны в силу различных обстоятельств.

Однако учиться «ставить» соответствующую защиту можно и нужно при любых обстоятельствах. Например, можно предложить какой-либо общий договор о недопустимости смешивания в одном соглашении публично-правовых и частноправовых механизмов регулирования общественных отношений.

Определение же общего рынка нефти и нефтепродуктов, сформулированное в приложении № 23 к Договору, как раз не устраняет все торговые барьеры между странами ЕАЭС, а создает потенциал для этих барьеров и даже их предполагает, как и длительный процесс их возможного устранения.

Транспортировка нефти и нефтепродуктов в приложении № 23 к Договору определяется как «…совершение действий, направленных на перемещение нефти и нефтепродуктов любым способом, в том числе с использованием трубопроводного транспорта от пункта ее приема от отправителя до пункта сдачи получателю, включая слив, налив, перевалку на другой вид транспорта, хранение, смешение».

Такая формулировка представляется весьма общей, смешивающей несколько видов хозяйственной деятельности, регулируемых разными правовыми договорами.

Анализ приведенных примеров правового регулирования общественных отношений в нефтяной отрасли показывает следующие его характерные особенности:

  • имеется большой список национальных нормативных правовых актов различного уровня, регулирующих целый комплекс неоднородных общественных отношений;
  • отсутствие специального закона, содержащего унифицированные нормы и правила регулирования общественных отношений собственно в нефтяной отрасли;
  • минимальное количество судебных актов по конфликтам в изучаемой сфере;
  • ограниченное количество актов международного права;
  • его не только национальное, но и трансграничное значение.

    li>

Другие исследователи предлагают и иные особенности: «сформировался особый правовой режим нефти – в частности, (1) как стратегически важного энергетического ресурса, (2) как опасного вещества, (3) как товара, (4) как объекта биржевой торговли; (5) как объекта отношений по транспортировке магистральным трубопроводным транспортом, (6) как объекта внешнеэкономических сделок»

[8].

Однако напрашиваются и другие выводы.

Открывать дискуссию о возможном принятии и в Республике Беларусь самостоятельного нормативного правового акта о нефти и нефтепродуктах, на первый взгляд, необходимости нет. Есть законодательство о недрах и другое, нормы которого могут совершенствоваться и «перекрывать» существующие пробелы правового регулирования.

Но, с другой стороны, нужно комплексно и перспективно взглянуть на такие стратегические моменты, как:

  • роль нефти и нефтепродуктов в формировании республиканского бюджета, в организации производства других товаров и услуг, производных от нефти, развитие нефтезаменяющих технологий, занятость населения и т.д.;
  • грядущая не только для Беларуси, но и для иных государств Европы и мира новая индустриализация, означающая соединение науки и производства, обещающая в лице ученых-экономистов прорывные технологии, рост производительности труда, изменение режимов налогообложения, тарифной, таможенной политики и т.п.

Такой подход поможет иначе взглянуть и на будущее правовое регулирование «нефтяных» общественных отношений, в том числе на снижение роли нефти в экономике государства и отраслей, на минимизацию негативных последствий от нефтезависимости, на альтернативные источники энергии, на опыт зарубежных государств в организации поставок энергоресурсов, производстве товаров с применением иных видов энергии и прочие механизмы.

Напрашиваются неординарные выводы и в отношении роли судебной практики в исследуемых правоотношениях.

Современное ее состояние объясняется не просто и не только небольшим количеством споров и конфликтов в этой сфере общественных отношений. Здесь не лучшим выглядит жесткое моногосударственное регулирование.

Парадокс заключается в том, что сама нефтяная отрасль является максимально публичной для нашего государства в смысле отношений собственности, ее целенаправленности и иных критериев.

Но при этом для урегулирования, разрешения конфликтов и споров в ней не используются такие публичные порядки, как судопроизводство, медиация, иные правовые механизмы. Исключением являются непубличные переговоры.

Давно замечена закономерность: чем меньше права, тем меньше прав.

Приведенные примеры и анализ наглядно показывают острую необходимость продолжения научных исследований и радикального совершенствования правового регулирования проблем нефтяной отрасли.

СПИСОК ЦИТИРОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. См.

Мордвинова, Т. Б., Скаридов, А.

С., Скаридова, М. А.

Полярное право : монография / под ред. А.

С. Скаридова. – М. : Юстиция, 2017. – 398 с. (электронный вариант).

2.

Правовые аспекты инвестиционных договоров : сборник статей / А. Алиев, Г.

Вельяминов, С. Крупко и др. ; под ред.

А. Алиева, С.

Крупко, А. Трунка. – М. : Норма, 2012. – 256 с. (электронный вариант).

3.

Гаврилина, Е. А.

Правовое регулирование доступа к освоению шельфовых месторождений нефти и газа по законодательству Канады // Международное публичное и частное право. – 2018. – № 3. – С. 34–38 (электронный вариант).

4. Кутафин, Д.

О. Некоторые особенности правового регулирования транспортировки нефти в США // Международное публичное и частное право. – 2016. – № 3. – С. 39–43 (электронный вариант).

5.

По заявлению Правительства Республики Беларусь к Правительству Российской Федерации о нарушении Российской Стороной положений действующих международных договоров о свободной торговле и Таможенном союзе в рамках Евразийского экономического сообщества в связи с введением вывозных таможенных пошлин на нефтепродукты, вывозимые с территории Российской Федерации в Республику Беларусь : Определение Экономического Суда Содружества Независимых Государств № 01-1-Е/2-10 // КонсультантПлюс: Беларусь, 2011 (электронный вариант).

6. Гавриленко, В.

Г. Капитал.

Энциклопедический словарь // Право и экономика, 2009. – Мн. : Право и экономика, 2009 (электронный вариант).

7. Райзберг, Б.

А., Лозовский, Л. Ш., Стародубцева, Е.

Б. Современный экономический словарь. – 6-е изд., перераб. и доп. – М. : ИНФРА-М, 2011 (электронный вариант).

8.

Романова, В. В.

Об особенностях правового режима нефти и нефтепродуктов // Энергетическое право. – 2014. – № 2. – С. 11–15 (электронный вариант).

Каменков В. С.,
научный консультант, профессор кафедры финансового права
и правового регулирования хозяйственной деятельности
Белорусского государственного университета, директор
Международного научно-образовательного центра медиации,
примирения и третейских процедур, национальный корреспондент
Беларуси в ЮНСИТРАЛ, доктор юридических наук, профессор

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах
«ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»

Материал предоставлен Национальным центром правовой информации Республики Беларусь
При использовании материала ссылка на Национальный центр правовой информации Республики Беларусь обязательна!

.




Вы можете авторизироваться с помощью предложенных социальных сервисов для добавления комментария.
Комментарии от авторизованных пользователей добавляются в каталог без проверки администратора.


Вы можете войти используя: Yandex Google Вконтакте Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID WebMoney
Ваше имя: *  
Ваш email (необязательно):     
Комментарий: *  
  символов осталось.
Выбор города
АбхазияАзербайджанАрменияБеларусьБолгарияГрузияКазахстанКиргизияЛатвияЛитваМолдоваПольшаРоссияСербияСловакияСловенияТаджикистанТуркменияУзбекистанУкраинаХорватияЭстонияЮжная Осетия